Нужно ли России покинуть ВТО


В Госдуму внесен законопроект о выходе России из Всемирной торговой организации (ВТО).
Нужно ли России покинуть ВТО

В Госдуму внесен законопроект о выходе России из Всемирной торговой организации (ВТО). Авторы документа утверждают, что вступление в ВТО повлекло за собой колоссальный ущерб для отечественной экономики. Только потери бюджета оцениваются под триллион рублей, а в целом страна недосчиталась 12 триллионов. Трудно сказать, так ли это на самом деле, однако опрошенные «Лентой.ру» эксперты признают, что ожидаемых выгод от присоединения к клубу международной торговли стране получить не удалось.

 

В стане антиглобалистов

 

Процесс глобализации, казавшийся необратимым, после кризиса 2008 года серьезно застопорился. Великобритания на референдуме решила покинуть Евросоюз, а США фактически ликвидировали новый крупный региональный блок, выйдя из соглашения о Транстихоокеанском партнерстве. Россия тоже решила быть в тренде. По крайней мере, активность проявили депутаты Госдумы, предложив законопроект о выходе РФ из ВТО.

 

В свое время вступление в ВТО далось Москве большой кровью. Переговорный процесс занял почти 17 лет и встретил острое внешнее и внутреннее сопротивление. Немало голосов раздавалось о том, что присоединение к организации погубит экономику страны.

 

После пяти лет членства в ВТО можно констатировать, что этого не случилось. Ни промышленность, ни сельское хозяйство в стране не прекратили своего существования. Напротив, многие отрасли развиваются довольно интенсивно.

 

Тем не менее и позитивные ожидания не сбылись — никакого значительного толчка экономика страны не получила. Реальный эффект от присоединения к организации оценивать крайне сложно из-за разразившегося в России в 2014 году кризиса. «Лента.ру» обратилась к соавтору «антиглобалистского» законопроекта и экспертам с просьбой подвести итоги первой пятилетки, проведенной страной в торговом клубе.

 

Плюс на минус

 


Николай Арефьев, зампред комитета Госдумы по экономической политике (КПРФ):

«Мы в ВТО вступили очертя голову, не представляя даже, что это такое. Протокол ВТО до сих пор не переведен на русский язык. Наши переговорщики понятия не имели, куда мы вступаем, зачем вступаем и что мы будем с этого иметь. Мы не подготовили юристов, которые могли бы арбитрировать в международных судах по вопросам торговли. В результате мы проигрывали все суды, которые у нас были. К нам претензии предъявляли, а мы ни к кому предъявить ничего не можем, потому что у нас нет юристов.

Убытки России не какие-нибудь абстрактные, а вполне конкретные. Если взять бюджет и просуммировать снижение ввозных и вывозных пошлин по требованию ВТО, то получается, что за 5 лет мы потеряли около 800 миллиардов рублей. А к 2020 году наша экономика потеряет 12 триллионов рублей. Если мы несем такие убытки, зачем нам эта организация?

Вот я взял макроэкономические показатели за последние 6 лет начиная с 2011 года. В 2012 году, когда мы только вступили в ВТО, у нас был рост, а потом — сплошное падение. По ВВП, промышленности, сельскому хозяйству, зарплате, производительности труда. Мы до этого развивались лучше. Зачем мы туда вступали? Надо выходить. В ВТО около 130 государств мира, но это далеко не все. Остальные как-то обходятся.

Как мы будем работать, если многие предприятия уже перестроились под требования ВТО? Очень просто. Мы все равно будем работать по условиям ВТО. Они продолжат диктовать, как нам продавать на внешнем рынке. Но зато не станут вмешиваться в наши внутренние дела: что нам производить, в каком количестве и так далее. Самая большая беда, что они влезают в нашу внутреннюю экономику и командуют, чтобы не нарушали баланс европейских стран. Они защищают себя от нашей экономики. В этой организации доминируют США, Франция, Германия, Англия, в какой-то мере Испания. Зачем нам это нужно? Мы должны быть полноценным самостоятельным государством. Для этого нам надо выйти из этой международной террористической организации, которая терроризирует нашу экономику».

 

 

Наталья Орлова, главный экономист Альфа-банка:

«Когда мы вступали, основная выгода заключалась в том, что мы, как член ВТО, получаем доступ к международным технологиям. Это позволяло также успешнее привлекать прямые иностранные инвестиции. Структура переговоров была такова, что мы максимально протекционистски старались подходить к открытию внутренних секторов. Мы старались интегрировать свою экономику в мировую, но сохранить возможности контроля за участием иностранных инвесторов. Эффект от вступления в ВТО оказался минимален, но именно из-за нашей переговорной позиции, а не потому, что сам механизм ВТО какой-то ущербный.

 

Дальше у нас есть выбор: использовать ли этот механизм для дальнейшей интеграции? Но надо понимать, что после 2014 года сам вопрос об интеграции в мировую экономику усложнился. Или же действительно мы скажем, что делаем ставку на изоляцию (предложение выйти из ВТО — в рамках этой логики). Каким-то отраслям, например, сельскому хозяйству, такое решение пойдет на благо. Но нас это отрежет от мировых технологий и в долгосрочной перспективе последствия будут негативными. Так что речь идет о краткосрочной выгоде, которая потом приведет к потерям».

 

Ярослав Лисоволик, главный экономист Евразийского банка развития (ЕАБР):

 

«Можно согласиться с мнением, что дивиденды от вступления в ВТО оказались ниже, чем для ряда других стран, в частности Китая и Вьетнама. Это связано с тем, что и Китай, и Вьетнам вступили в организацию значительно раньше, в период более благоприятный для мировой экономики, инвестиций, в период меньшего разгула протекционизма. Там наблюдался существенный инвестиционный приток. У нас ничего такого не произошло.

 

Кроме того, несмотря на долгий период вступления, мы присоединились к ВТО неподготовленными в полной мере. С одной стороны, нам удалось договориться, что процесс открытия рынков у нас будет идти поступательно и планомерно в отличие от многих стран СНГ. В то же время у нас оказалось недостаточно специалистов в юридических вопросах международной торговли. После вступления в ВТО против нас пошло множество обращений в органы урегулирования споров.

 

Несмотря на все эти сложности, есть и важные позитивные последствия. В первую очередь, мы можем проводить полноценную внешнеторговую политику. До вступления большинство стран, выстраивая альянсы, не очень активно смотрели в нашу сторону. Они ждали завершения процесса присоединения и какой-то определенности в нашем внешнеторговом режиме. Кроме того, мы можем более активно и планомерно проводить интеграцию на Евразийском пространстве. Наконец, американцам пришлось отменить поправку Джексона-Вэника, и возможности по нейтрализации протекционизма со стороны других стран заметно укрепились, хотя полностью нейтрализовать эти факторы не удалось. В том числе это связано с тем, что и сама организация переживает не лучшие времена.

 

Резюмируя, можно сказать, что есть и плюсы, и минусы от вступления, но в целом баланс говорит о том, что этот этап было необходимо завершить для развития интеграции на равноправной основе и заключения торговых альянсов».